Этот сайт поддерживает версию для незрячих и слабовидящих

Николай

22.09.2020 07:05

Добрый день, уважаемые читатели!

Надеюсь, вы простите мне мою маленькую слабость увлечения темой пандемии и ее последствий. И как на это не обращать внимание, когда в издательстве нашего университета вышел первый том сборника «Вызовы пандемии COVID-19: психологическое здоровье, дистанционное образование, интернет-безопасность»?! Речь сегодня пойдет о нем и о привлекших мое внимание статьях.

Во вступительном слове редактор сборника, О. В. Вихристюк, отмечает, что уникальность этого кризиса не в последнюю очередь состоит в том, что представители помогающих профессий сами оказались в гуще событий. Смена позиции со «стороннего наблюдателя» на «активного участника» накладывает на специалистов не только дополнительный стресс, но и ответственность за благополучие своих родных и близких [1].

Новые трудности связаны с большим уровнем тревоги, депрессии, дистресса и профессиональным выгоранием среди медиков, как следует из работы группы исследователей из НИИ СП имени Н. В. Склифосовского и Московского государственного психолого-педагогического университета [2]. Повышенный уровень данных показателей не только отличает всю выборку от средних значений, полученных при стандартизации методик, но и четко разделяет респондентов: у медперсонала, работающего с COVID-19, они еще выше, чем у тех, кто не работал в «красной зоне». Однако обнаружена и положительная динамика: один из параметров профессионального выгорания, шкала редукции профессиональных достижений опросника К. Маслач, показывает, что в это непростое время медики отмечают меньшее, чем обычно, занижение собственной успешности, а у работающих с коронавирусом оно еще ниже, — авторы связывают это с переживанием участниками исследования повышенной собственной важности в свете последних событий.

Также в статье [2] приводятся рекомендации по преодолению выявленных негативных психологических последствий. Среди них можно отметить значимость оказания психологической помощи врачам и медсестрам и наличие собственной психологической службы в учреждениях, а также, как следует из результатов методики «Термометр дистресса», снижения в медиасреде информационного шума, так как данный фактор вносит значительный вклад в уровень эмоционального напряжения, наравне с нехваткой СИЗ и организационными трудностями. Последнее, на мой взгляд, следует особо подчеркнуть, потому что каждый из нас может поспособствовать улучшению психологического климата: например, не распространять непроверенную информации в социальных сетях и мессенджерах, больше доверять официальным источникам, таким как ВОЗ и Минздрав, и т. д.

А какое влияние пандемия оказала на эмоциональное состояние простого обывателя? Подробнее об этом пишут исследователи из МГУ имени М. В. Ломоносова, А. Ш. Тхостов и Е. И. Рассказова . Предметом их интереса, как следует уже из названия статьи, стали «психологическое содержание тревоги и ее профилактика в ситуации инфодемии» [3, с. 122]. Таким образом, дорогие читатели, мы взглянем на тему информационного шума (говоря словами предыдущей публикации) под другим углом. Действительно, беспрецедентный уровень новизны и неопределенности текущего кризиса приводит к тому, что авторы статьи и другие эксперты называют инфодемией, то есть нескончаемым потоком информации, не поддающимся полноценному анализу и влекущим негативные психологические переживания. В рассматриваемой работе [3] в том числе критически анализируются такие аспекты исследований тревоги как представление в качестве ее источника исключительно самого заболевания, недостаток рефлексии о степени адекватности тревоги и закономерностях ее хронификации (например, влияние защитных мер на усиление и т. п.), а также неразличение средств совладания, направленных против самой угрозы и на преодоление следующих за ней эмоциональных переживаний.

Так, было установлено, что у респондентов беспокойство в значительной степени вызывает не только сама инфекция, но и возможные экономические последствия, поэтому ответ на вопрос о тревоге в целом будет включаться в себя кроме страха заражения немедицинские факторы. Помимо экономических к ним можно отнести социальные и психологические причины, такие как общая неопределенность, нарушение приватности и контроль, цифровизация образования, изменением здоровья в связи с самоизоляцией [3, с. 135]. Авторы отмечают, что с одной стороны в будущих исследованиях, посвященных тревоге как таковой, результаты все же будут описывать скорее страх заражения, который, однако, не так выражен у опрошенных, как вышеупомянутые факторы, а с другой — роль последних недостаточно изучена.

Что же касается связи тревоги и предпринимаемых респондентами действий, то обнаруживается следующая дихотомия. Как утверждают авторы, сама попытка совладать с тревогой и концентрация на ней будут приводить к ее росту: в данном случае, при страхе заражения человек, использующий средства индивидуальной защиты, в моменте скорее будет больше тревожится, чем если бы ничего не далал. Однако кроме потребность снизить тревогу, так же следует заботиться о собственном здоровье, поэтому использование СИЗ является необходимым. Но не все средства совладания столь однозначны, а, следовательно, можно оценить их адекватность для снижения эмоционального напряжения. И такими способами являются «отслеживание информации и общение по поводу пандемии» и «[защитные] действия с неподтвержденной эффективностью» [3, с. 133-134]: для основных факторов тревоги (страх заражения и страх негативных последствий) они ответственны за дисперсию порядка 10 %. Таким образом, заключают авторы, «контроль информационного потока и непроверенных вариантов защитного поведения может способствовать снижению тревоги» [3, с. 137], без ущерба для собственной безопасности.

Как вы могли заметить, в обеих статьях мое внимание привлекла тема информационной гигиены, актуальность которой высока как никогда. Обе работы по этому вопросу занимают схожую позицию о необходимости ограничения «информационного шума» или контроля «информационного потока» в целях борьбы с так называемой инфодемией. Исследования средств информационного совладания могут стать весьма перспективными в ближайшее время, если уже не являются таковыми. При этом очевидно, что методы наподобие «цифрового детокса» недостаточны по меньшей мере или вовсе неадекватны, так как современный человек, закончив свою информационную изоляцию, рано или поздно вернется в не прекратившую бушевать медиасреду.

В рамках своего обзора я надеюсь, что мне удалось вас заинтересовать. Выбранные статьи и сделанные акценты — лишь малая часть того, что содержится в новом сборнике. Крайне рекомендую ознакомиться с ним самостоятельно, особенно если ваше внимание привлекает проблема влияния стремительно изменяющейся среды на психику.

А что вы думаете об информационной гигиене? Какие средства вы использует? Может быть уединение на даче вдалеке от технологий или программы для ограничения времени использования социальных сетей? С удовольствием прочитаю ваши комментарии.

    Литература:
  1. Вихристюк О. В. От редакции / О. В. Вихристюк // Вызовы пандемии COVID-19 : психическое здоровье, дистанционное образование, интернет-безопасность : сб. материалов. Т. 1. / Сост. : В. В. Рубцов, А. А. Шведовская; ред. : В. В. Рубцов, А. А. Марголис и др. — М. : Изд-во ФГБОУ ВО МГППУ, 2020. — С. 5-6.
  2. Профессиональное выгорание, симптомы эмоционального неблагополучия и дистресса у медицинских работников во время эпидемии / С. С. Петриков, А. Б. Холмогорова, А. Ю. Суроегина, О. Ю. Микита и др. // Вызовы пандемии COVID-19 : психическое здоровье, дистанционное образование, интернет-безопасность : сб. материалов. Т. 1. / Сост. : В. В. Рубцов, А. А. Шведовская; ред. : В. В. Рубцов, А. А. Марголис и др. — М. : Изд-во ФГБОУ ВО МГППУ, 2020. — С. 7-45.
  3. Тхостов А. Ш. Психологическое содержание тревоги и ее профилактика в ситуации инфодемии : защита от коронавируса или «порочный круг» тревоги? / А. Ш. Тхостов, Е. И. Рассказова. // Вызовы пандемии COVID-19 : психическое здоровье, дистанционное образование, интернет-безопасность : сб. материалов. Т. 1. / Сост. : В. В. Рубцов, А. А. Шведовская; ред.: В. В. Рубцов, А. А. Марголиси др. — М. : Изд-во ФГБОУ ВО МГППУ, 2020. — С. 122-141.

Чтобы оставить комментарий, необходимо авторизироваться.
  • Горлова Светлана Николаевна 22.09.2020 11:27
    Я вообще замечаю, что чем дальше от интернета с его информационными ресурсами(кроме развлекательного контента) тем меньше уровень нейротичности и ощущения, что все плохо и завтра мы все умрем;)
    И кстати да, никогда не связывала использование СИЗ с уровнем тревожности, но есть такое) хотя у меня тут больше про ПА в связи с нехваткой мне воздуха;)
    СсылкаЧтобы оставить комментарий, необходимо авторизироваться.
  • Николай 22.09.2020 14:29
    Светлана Николаевна, благодарю Вас за комментарий! Действительно, существует проблема чрезмерной агрессивности контента в целом, что можно объяснить механизмом привлечения внимания, в частности в рекламе: в первую очередь человек реагирует на стимулы, связанные с физиологическими потребностями (угроза жизни, еда, возможность продолжения рода) [1]; и зная это, создатели информационного потока используют данные закономерности. Помимо этого, само количество информации вызывает в нас негативные психологические последствия [2]. Так что Вы абсолютно правы. Указанные источники доступны в цифровом виде через порталы "Электронный каталог Фундаментальной библиотеки МГППУ" и "Университетская библиотека online", которые Вы можете найти на нашем сайте в разделе "Ссылки".

    Литература:
    1. Гуревич П. С. Психология рекламы / П. С. Гуревич. — Москва : ЮНИТИ-ДАНА, 2012. — 272 с.
    2. Ценев Вит. Восприятие рекламы в условиях информационных перегрузок : глава из новой книги В. Ценева "Психология рекламы. Реклама, НЛП и 25 кадр" / Вит Ценев // Вестник практической психологии образования : научно-методический журнал / Ред. Е.И. Метелькова. — 2007. — № 2 (11). — С. 120-128.
    СсылкаЧтобы оставить комментарий, необходимо авторизироваться.
Чтобы оставить комментарий, необходимо авторизироваться.
Адрес страницы: http://psychlib.ru/resource/guide/238.html