Этот сайт поддерживает версию для незрячих и слабовидящих

Николай

19.01.2021 11:35

Дорогие читатели, первый обзор в этом году посвящен статье из свежего выпуска журнала «Современная зарубежная психология», темой которого стало всестороннее изучение современного подростка. Номер открывает статья Г. У. Солдатовой с соавторами «Медиамногозадачность: От когнитивных функций к цифровой повседневности». В ней идет речь об отличительной черте молодого поколения — их склонности к одновременному выполнению двух и более задач, нахождению сразу в нескольких информационных потоках.

Как отмечают авторы, исследование данного феномена началось в рамках психологии внимания задолго до появления самого термина, и в настоящее время его изучение осуществляется преимущественно в рамках когнитивной парадигмы. Первые подходы к многозадачности понимали ее по разному. Модель сукцессионной (последовательной) обработки поступающей информации Д. Бродбента предполагала, что иллюзия многозадачности достигается за счет переключения и последовательного выполнения задач, как это происходит в компьютерах, а истинная одномоментность невозможна. Согласно же А. Трейсману помимо основной задачи существуют фоновые, протекающие параллельно, поэтому о строгой последовательности говорить нельзя — такой подход был назван симультанным (одновременным). Кроме того свое видение предложил Д. Канемана: он понимал внимание как ограниченный ресурс, распыление которого между задачами, по его мнение, было неэффективным способом расходования. Единого подхода к пониманию многозадачности не удалось выработать до сих пор, однако актуальность ее изучения растет не в последнюю очередь из-за особенностей существования в современном мире цифровых технологий, ввиду чего авторы делают акцент на новом виде многозадачности — медиамногозадачность (ММЗ).

Равно как и общая многозадачность, ММЗ не имеет четкого определения. Есть три основные трактовки понятия: одновременное использование нескольких устройств, совмещение цифровых и аналоговых источников информации и одновременное осуществление деятельности онлайн и офлайн. Исследователи связывают данный феномен с ответной реакцией и попыткой адаптации к насыщенной информацией среде, где реальное и виртуальное уже невозможно отделить друг от друга. Практическое понимание ММЗ варьируется от новой нормы до копинг-стратегии и эскапизма.

Если говорить о распространенности явления, то количество подростков, пребывающих в состоянии ММЗ неуклонно растет последние 20 лет. По данным авторов, в 2019 году доля российских школьников, действующих в режиме медиамногозадачность составила 77%, хотя подобные исследования еще 10 лет назад фиксировали уровень не выше 30%. Такая динамика неизбежно наталкивает на мысль о трансформации социальной ситуации развития. Более того, рост удельного числа «многозадачников» сопровождается снижением возраста начала освоения ММЗ, как показывают результаты российских и зарубежных исследований. Последнее вызывает тревогу исследователей из-за обнаруженной корреляции между подверженности в раннем возрасте ММЗ и сниженными когнитивными способностями в дальнейшем. В статье приводится рекомендация оберегать детей от медиамногозадачности хотя бы до двух лет: в частности, не давать им смартфоны и планшеты с целью отвлечь их внимание, чтобы они не мешали взрослым.

Конечно, возникает вопрос о влиянии феномена ММЗ на жизнь и деятельность современных подростков. Преимущественно корреляционный характер исследований не дает нам возможности пока что получить ответ, но приводимые авторами работы рисуют многомерную картину этого явления. С одной стороны медиамногозадачность связывают с низкой продуктивностью и успеваемостью учащихся, с другой — изучение когнитивных процессов дает неоднозначные результаты. Например, некоторые исследования памяти показывают, что ММЗ коррелирует со снижением долговременной и оперативной памяти, но часть работ такую связь не обнаруживает. Или же внимание: можно было бы ожидать от «многозадачников» как минимум способности к быстрому переключению между задачами, но на практике и скорость переключения и концентрация оказывают у них ниже, чем в норме (опять же не все исследователи обнаруживают такую связь), — данный факт можно объяснить более широким фокусом и бо́льшим объемом их внимания.

Однако авторы не просто отмечают противоречивость существующих исследований медиамногозадачности и выражают свое беспокойство по поводу возможного влияния данного феномена на воспитание и образование детей, но также признают тот факт, что ММЗ стала неотъемлемой частью современной жизнь. Для молодых людей, живущих в мире гаджетов и бесконечного потока информации, ММЗ является естественной реакцией, хаотичной попыткой адаптироваться в условиях новой действительности. Поэтому не меньшую важность представляет изучение метакогнитивных процессов, т. е. рефлексии и взятия контроля над течением собственно когнитивных процессов, в контексте ММЗ. Иными словами, в перспективе нас ожидают исследования высшей психической функции, ответственной за управление медиамногозадачностью.

Возвращаясь к выпуску в целом, хочу отметить, что представленные в нем работы позволят внимательному читателю по новому взглянуть на проблему отцов и детей или, как могла бы переназвать ее современная молодежь, «бумеров» и «зумеров» (что интересно, в этих шутливых названиях послевоенного поколения 50-х и нынешнего поколения Z схвачена основная суть интереса к ним: качественное отличие от прочих возрастных групп).

    Литература:
  1. Медиамногозадачность: От когнитивных функций к цифровой повседневности / Г. У. Солдатова, Е. Ю. Никонова, А. Г. Кошевая, А. В. Трифонова // Современная зарубежная психология. — 2020. — Т. 9, № 4. — С. 8—21.

Чтобы оставить комментарий, необходимо авторизироваться.
Чтобы оставить комментарий, необходимо авторизироваться.
Адрес страницы: http://psychlib.ru/resource/guide/245.html